Правительство Армении обещает рост ВВП в 5,4%, но отсутствие чётких механизмов ставит под сомнение достижимость этой цели: Давид Ананян

АрмИнфо. Представленный правительством Армении проект госбюджета на 2026 год, по его содержанию, - попытка объединить идею <баланса возможностей и рисков>. Однако в документе часто преобладают формальные амбиции без достаточного обоснования того, как они будут трансформированы в реальные экономические результаты. С такой оценкой в соцсети поделился экономист, экс-глава Комитета госдоходов РА Давид Ананян.

Отметим, что согласно документу, рост ВВП Армении в 2026 году прогнозируется на уровне 5,4%, при дефляторе в 3%.  Доходы госказны, согласно проекту, ожидаются на уровне 3 трлн 091 млрд драмов, из коих 2 трлн 972 млрд 850 млн драмов составят налоговые доходы и госпошлина, 20,5 млрд драмов - официальные гранты, 97,7 млрд драмов - иные доходы.  Доходы общин Армении в 2026 году оцениваются в 347,3 млрд драмов (в том числе официальные гранты, получаемые из госказны). Дефицит достигнет 537,5 млрд драмов или 4,5%ВВП (против 609 млрд драмов или 5,5%, за 2025 год). Из внешних источников на покрытие дефицита будет направлено 271,3 млрд драмов, а из внутренних источников 266,2 млрд драмов. В результате показатель правительственный долг/ВВП к концу 2026 года вырастет с 50,7% до 53,5%, а в абсолютных цифрах - на 810,9 млрд драмов, до 6 трлн 384,7 млрд драмов.

По словам Ананяна, в сфере фискальной политики правительство работает в рамках повестки <консолидации> с целью сокращения дефицита и доведения долга до примерно 50% ВВП к 2030 году. Это необходимый шаг, но, как считает эксперт, вызывает беспокойство то, что документ практически полностью лишён контрциклических компонентов. В случае возможных потрясений на внешних рынках Армения практически лишится возможности гибко реагировать.

Экономист приветствует политику повышения соотношения налогов к ВВП до 25-26%.  Однако, указывает он, налоговая политика по-прежнему рассматривается преимущественно как административная. Механизмов глубоких реформ инвестиционной среды и изменения структуры экономики не предлагается. <Борьба с теневой экономикой> остаётся политическим лозунгом, а не конкретным набором инструментов, считает он.

Ананян также отмечает обоснованность политики увеличения доли капитальных расходов (5-6% ВВП). Но, опять же, замечает он, приоритет отдаётся объёму, а не качеству. <Реальное влияние дорожного строительства или инфраструктурных проектов на экономический оборот и восстановление производственной базы не оценивается. Существует опасность, что мы получим большие цифры в бюджете, но неадекватный результат в экономике>, - пишет эксперт.

Коснувшись социально-экономических приоритетов - внедрения медицинского страхования, реализация образовательных и социальных программ, Ананян отмечает преобладание <расходного> подхода. Социальная помощь практически не связана с программами содействия занятости и повышения производительности труда. В этих условиях даже крупные расходы могут стать временным облегчением проблемы, а не долгосрочным решением, продолжает он.

<Расходы на оборону представлены в бюджете скудно и без стратегического обоснования.  Между тем, для Армении они являются необходимым условием существования. Серьёзной проблемой является недостаточная прозрачность, неэффективность закупок и отсутствие связи с экономической политикой>, - пишет экс-глава КГД.

В связи с этим, Давид Ананян считает, что представленный бюджет содержит ряд позитивных целей, но в них преобладает более <бухгалтерский> подход. Если правительство не изменит свои акценты и не сосредоточится на структурных изменениях и качественных результатах, бюджет станет очередным <расходным документом>, а не стратегическим руководством к развитию, замечает он.

Помимо критики, экономист выступает также с рекомендациями. В частности, как считает он, необходимо:

1. Уточнение отраслевых драйверов. Бюджет должен отражать, какие секторы станут основными источниками экономического роста (ИТ, промышленность, сельское хозяйство) и какие инструменты будут использоваться для их стимулирования.

2. Добавить контрциклический компонент. Необходимо разработать автоматические механизмы, которые будут активироваться в случае экономических потрясений, повышая гибкость фискальной политики.

3. Определить критерии, ориентированные на результаты. Капитальные и социальные программы должны иметь четкие ключевые показатели эффективности (количество рабочих мест, рост экспорта, рост производительности труда), а не просто отчетность по затратам.

4. Увязать социальную политику с экономической. Поддержка вынужденно перемещенных и уязвимых соотечественников (из Арцаха) должна сочетаться с программами занятости и повышения доходов. В противном случае государство просто останется зависимым от социальных выплат.

5. Фокус на качестве. Дороги, школы или водохранилища должны рассматриваться не как количественный показатель, а как реальный инструмент экономической активности и развития.

6. Реально стимулировать инновации. Академгородок и государственная поддержка высоких технологий должны быть трансформированы в цепочку <знания - производство - бизнес>.  Без этой связи инвестиции не превратятся в конкурентоспособную продукцию.

7. Уточнение программ в оборонном секторе. Модернизация вооружения, противовоздушная оборона, беспилотники, кибербезопасность. Повышение прозрачности и эффективности закупок.  Развитие местной оборонной промышленности, её связь с ИТ-сферой и концентрация на долгосрочной оборонной инфраструктуре.

<Это пока лишь идеологические обобщения, анализ цифрового и информационного секторов ещё впереди>, - пишет экс-глава КГД Армении Давид Ананян.