Среда, 13 Ноября 2024 15:15

АрмИнфо. По новому прогнозу Международного Валютного Фонда (МВФ) инфляция в Армении за 2024 год составит 1% (против дефляционных 0,6%), и далее в 2025 году повысится до 3,9%, тем самым вплотную приблизится к целевым 4%. Об этом отмечается в докладе МВФ “Перспективы мировой экономики. Изменение политики, растущие угрозы”.

Прогноз роста ВВП Армении на 2024 год МВФ оставил без изменения - на уровне 6% (против 8,3%-го роста в 2023г), при этом ухудшив ожидания на 2025 год, предрекая более заметного замедления темпов до 4,9% (против ранее прогнозируемого торможения до 5,3%).

Соотношение дефицита текущего счета к ВВП, согласно прогнозу МВФ по Армении, возрастет в 2024 году до 4,2% (с 2,3% в 2023г), с незаметным ростом в 2025 году до 4,8%.

В этом докладе МВФ приводится также прогноз на 2024-2025гг вышеперечисленных показателей по соседним с Арменией странам и ее партнерам по ЕАЭС. Так, по инфляции прогноз следующий: в Грузии ожидается повышение с 1,3% до 3% (с 0,4% в 2023г); в Азербайджане также повышение с 4,6% до 5% (с 2,1% в 2023г);  в Иране, наоборот, снижение с 30% до 28% (с 32,2% в 2023г); в Турции тоже снижение с 43% до 24% (с 64,8% в 2023г); в России уровень сперва сохранится - 7,4% (как и в 2023г), потом снизится до 4,8%; в Беларуси после  повышения до 6,4% (с 5,8% в 2023г) последует незначительное снижение до 6,3%; в Казахстане ожидается  снижение с 8% до 6,6% (с 9,8% в 2023г); и в Кыргызстане после снижения до 5% (с 7,3% в 2023г) изменений  не будет.

По росту ВВП в вышеуказанных странах прогноз МВФ на 2024-2025гг предрекает торможение: в Грузии ожидается сперва незаметное ускорение роста до 7,6% (с 7,5% в 2023г) с последующим замедлением темпов до 6%; в Азербайджане также после ускорения роста до 3,2% (с 1,1% в 2023г) последует торможение до 2,5%; в Иране продолжится замедление роста с 3,7% до 3,1% (с 5% в 2023г); в Турции темпы замедлятся с 3% до 2,7% (с 5,1 в 2023г); в России после сохранения темпов на уровне 3,6% (как и в 2023г) последует торможение до 1,3%; в Беларуси темпы продолжат замедляться с 3,6% до 2,3% (с 3,9% в 2023г); в Казахстане после замедления темпов до 3,5% (с 5,1% в 2023г) последует ускорение до 4,6%; и в Кыргызстане также после ускорения роста до 6,5% (с 6,2% в 2023г) пойдет торможение до 5%.

По соотношению дефицита/профицита текущего счета к ВВП в этих странах МВФ на 2024-2025гг прогнозирует: в Грузии дефицит продолжит расти с 5,8% до 5,9% (с 4,3% в 2023г); в Азербайджане профицит  снизится с 6,1% до 5,9% (с 11,5% в 2023г); в Иране профицит медленно продвинется с 2,9% до 3% (с 2,8% в 2023г); в Турции дефицит снизится с 2,2% до 2,1% (с 4% в 2023г); в России сохранится профицит, который сперва возрастет до 2,7% (с 2,5% в 2023г) затем снизится до 2,6%; в Беларуси дефицит продолжит расти с 2% до 2,4% (с 1,8% в 2023г); в Казахстане дефицит после снижения до 1,5% (с 3,3% в 2023г) повысится до 2,7%; а в Кыргызстане внушительный дефицит продолжит резко снижаться с 21,7% до 6,5% (с 48,2% в 2023г).

 

В перспективе мировая экономика столкнется с более заметными неблагоприятными рисками

МВФ отмечает, что в сравнении с приведенными в июльском докладе ожиданиями, в перспективе мировая экономика столкнется с более заметными неблагоприятными рисками.

Ужесточение денежно-кредитной политики затрагивает больше, чем предполагалось.

Непредвиденное усиление воздействия более ранних повышений ставок может привести к более быстрому, чем ожидалось, замедлению краткосрочного роста и повышению уровня безработицы. И несмотря на то, что влияние на рост вряд ли будет постоянным, учитывая одновременное смягчение политики, быстрое ослабление активности также может отрицательно сказаться на потребительских и деловых настроениях. Это сильно затруднит расходы домохозяйств и побудит предприятия сократить свои инвестиционные планы, что может отрицательно сказаться на росте. Однако в таких обстоятельствах более низкие цены на энергоносители смягчат некоторые негативные последствия для роста, поскольку более низкий спрос снизит цены на нефть.

 

Финансовые рынки корректируются в результате переоценки денежно-кредитной политики.

Мировая экономика находится на последней миле дезинфляции, что может представлять более серьезные проблемы для денежно-кредитной политики, чем ожидалось, если стоимость снижения инфляции с точки зрения безработицы будет ближе к предпандемическим оценкам. Если базовая инфляция окажется более устойчивой, чем ожидалось, потребители могут скорректировать свои краткосрочные инфляционные ожидания, заставив центральные банки подстроиться к нормализации денежно-кредитной политики. Это ослабит доверие потребителей и бизнеса, приведет к переоценке рынка и более жестким финансовым условиям, а также замедлит восстановление экономики. Учитывая существующие уязвимости, турбулентность финансового рынка может возобновиться, что приведет к значительным коррекциям цен. Возможны эффекты распространения, которые могут увеличить риски для финансовой стабильности, среди прочего, вызвав стресс суверенного долга на развивающихся рынках.

 

Стресс суверенного долга усиливается в странах с формирующимся рынком и развивающихся экономиках.

Несмотря на ослабление спредов с момента пика в июле 2022 года, некоторые страны с формирующимся рынком и развивающиеся экономики по-прежнему уязвимы для переоценки риска. Это может еще больше увеличить их суверенные спреды и подтолкнуть их к долговому кризису. Больше всего пострадают страны с большими потребностями во внешнем финансировании и низким буфером международных резервов, поскольку многие из них уже подвержены большим суверенным спредам заимствований.

С небольшим пространством для маневра в фискальной политике, принудительная фискальная консолидация на начальном этапе может ускорить экономический спад на фоне хрупкого восстановления. Страны с низким уровнем дохода будут особенно подвержены риску, учитывая их ограниченное фискальное пространство и необходимость поддерживать расходы на программы поддержки наиболее уязвимых групп.

Сектор недвижимости Китая сократится сильнее, чем ожидалось. Условия для рынка недвижимости могут ухудшиться, при этом дальнейшая коррекция цен произойдет на фоне сокращения продаж и инвестиций. Опыт Японии в 1990-х годах и Соединенных Штатов в 2008 году показывает, что дальнейшая коррекция цен является вероятным риском снижения, если кризис не будет должным образом решен. Дальнейшее падение цен может еще больше подорвать доверие потребителей (уже находящееся на историческом минимуме), и более заметно ослабить потребление домохозяйств. Это может привести к падению внутреннего спроса, с негативными побочными эффектами как для развитых, так и для стран с формирующимся рынком, учитывая растущее присутствие Китая в мировой торговле. Правительственное стимулирование для противодействия слабости внутреннего спроса создаст дополнительную нагрузку на государственные финансы. Субсидии в определенных секторах, если они направлены на стимулирование экспорта, могут усугубить торговую напряженность с торговыми партнерами Китая.

 

Возобновляющиеся скачки цен на сырьевые товары возникают в результате климатических потрясений, региональных конфликтов или более широкой геополитической напряженности.

Усиление региональных конфликтов, особенно с учетом более широкого конфликта на Ближнем Востоке или войны в Украине, может еще больше нарушить торговлю, что приведет к устойчивому росту цен на продукты питания, энергоносители и другие товары. Волатильность цен на сырьевые товары может привести к более высокой инфляции, особенно для стран-импортеров сырьевых товаров, и ограничить возможности маневра центральных банков.

Экстремальная жара и продолжительные засухи на фоне рекордно высоких температур во всем мире могут также оказать влияние на урожай, усиливая давление на стоимость продуктов питания и продовольственную безопасность. Страны с низким уровнем дохода, вероятно, пострадают непропорционально больше, поскольку расходы на продукты питания и энергоносители составляют большую часть расходов домохозяйств.

 

Страны усиливают протекционистскую политику.

Широкомасштабный отход от глобальной торговой системы, основанной на правилах, побуждает многие страны предпринимать односторонние действия. Усиление протекционистской политики не только усилит напряженность в мировой торговле и разрушит глобальные цепочки поставок, но и может снизить среднесрочные перспективы роста, ограничив положительные побочные эффекты от инноваций и передачи технологий, которые подпитывали рост в странах с формирующимся рынком и развивающихся экономиках по мере нарастания глобализации.

 

Социальные волнения возобновляются.

Социальные волнения, включая протесты, беспорядки и крупные демонстрации, возобновились в некоторых регионах, но в глобальном масштабе их число остается меньше, чем недавний пик в конце 2019 - начале 2020 года.

Однако возобновление социальных волнений, потенциально вызванное более высокой инфляцией, более высокими налогами и связанной с этим потерей покупательной способности, побочные эффекты от конфликтов, и растущее неравенство, может замедлить экономический рост, особенно в странах с более ограниченными возможностями смягчить воздействие посредством политики. Социальные волнения также могут осложнить принятие и реализацию необходимых реформ. Подчеркивается решающая роль общественного консенсуса в достижении успешной и устойчивой реализации структурных реформ.

 

Рекомендации МВФ

Тщательно калибровать денежно-кредитную политику

Чтобы обеспечить восстановление ценовой стабильности, одновременно поддерживая рост и занятость;

 

Смягчить разрушительную волатильность валютного курса.

Для стран с неглубокими валютными рынками или значительным долгом в инвалюте ужесточение глобальных финансовых условий может спровоцировать рост премий за страновой риск и привести к “истерикам сворачивания”, поскольку инвесторы избавляются от активов в национальной валюте, создавая системные риски для финансовой стабильности и неопределенности роста. В этих ситуациях, при сохранении подходящей денежно-кредитной и фискальной политики, могут быть уместны временные валютные интервенции или меры по управлению потоками капитала. Макропруденциальные меры должны помочь смягчить финансовую уязвимость, вытекающую из крупных валютных долговых рисков. Страны, уязвимые к внешним потрясениям, могут рассмотреть возможность использования глобальных финансовых сетей безопасности, предоставляемых международными финансовыми институтами, такими как превентивные финансовые соглашения МВФ (речь идет о SBA, в рамках которого Армении неоднократно предоставлялся кредит stand-by – Ред.);

 

Восстановить макропруденциальные буферы и обеспечить финансовую стабильность.

С повышением  стоимости заимствований крайне важно тщательно отслеживать серьезные перекосы в условиях финансирования и усилить надзор. Это включает в себя реализацию реформ Базеля III для защиты финансовой системы от потенциальных последствий внезапной переоценки риска и степени вероятности стресса в банковском секторе. Макропруденциальные буферы, развернутые во время пандемии и мирового энергетического кризиса 2021 года, по возможности, должны быть постепенно восстановлены в контексте быстро развивающегося рынка недвижимости. В случае рыночных напряжений центральные банки должны быть готовы задействовать необходимые инструменты финансовой стабильности, предоставляя быструю и мощную поддержку ликвидности для ограничения распространения.

 

Глобальный рост останется стабильным, но не впечатляющим

Риски для глобальных перспектив смещены в сторону ухудшения на фоне возросшей политической неопределенности. Внезапные всплески волатильности финансового рынка, как это произошло в начале августа, могут ужесточить финансовые условия и повлиять на инвестиции и рост, особенно в развивающихся экономиках, в которых крупные краткосрочные потребности во внешнем финансировании могут вызвать отток капитала и долговой кризис.

Дальнейшие нарушения процесса дезинфляции, потенциально вызванные новыми скачками цен на сырьевые товары на фоне сохраняющейся геополитической напряженности, могут помешать центральным банкам смягчить денежно-кредитную политику, что создаст значительные проблемы для фискальной политики и финансовой стабильности.

Отметим, что сентябрьский прогноз Центробанка по росту ВВП на 2024 год (6,5-5,8%) теперь мало отличается от прогнозов МВФ и ВБ, по ожиданиям которых рост ВВП Армении в 2024 году замедлится до 6% и 5,5% соответственно. И почти не отличается от прогноза EBRD, ожидающего 6,2%-ый рост ВВП Армении в 2024г. На 2025 год нынешние прогнозы ЦБ по росту ВВП (5,9-3,7%) также приблизились к ожиданиям МВФ, ВБ и EBRD (4,9%-4,8%).

В проекте бюджета на 2024 год был заложен рост ВВП на 7%, а уже в проекте бюджета на 2025 год фигурирует более низкая планка в 5,6%.

По данным Статкомитета РА, за 2023 год рост ВВП Армении замедлился до 8,3% (с 12,6% в 2022г). За январь-сентябрь 2024г рост экономической активности замедлился до 8,7% (с 9,7% годом ранее).